Пятница, вырванная из личной жизни

[ticklish_frog]

Нерешительные тучи хороводом ходили над Лиссабоном с раннего утра. То, влекомые ненасытным ветром, они устремлялись в сторону реки, то, словно одумавшись, изо всех своих сил пытались вырваться из неизбежного плена и тянулись в сторону города. Мое поэтическое настроение было, однако, неподвластно капризам природы, которая еще несколько дней назад сильно погорячилась и потрясла воду и землю в полном соответствии со шкалой Рихтера недалеко от португальского берега. Я был целеустремлен, как ПТУ-шник на дискотеке, поскольку впереди меня ждали великие дела.

Несколько месяцев назад я, посредством компании "Электронный Залив", сошелся накоротко с неким человеком из Гонг-Конга, который из любви к искусству решил подарить мне флэш-драйв (как это пишется по-русски, я не знаю, и Шишков, надеюсь, тоже), а я, увидев такое дело, решил подарить ему 11 американских рублей и еще примерно столько же на предмет того, что за морем телушка --- полушка, да 11.99 перевоз. Однако на пути нашей невинной дружбы встало агенство, которое называется Алфандега.

Они прислали мне письмо, призывающее меня покаяться выбрать один из двух вариантов: или же я лично являюсь к ним, мы открываем посылку и убеждаю таможню дать мне добро в самом прямом смысле слова. Второй вариант (который я и выбрал месяц назад) предлагал им самим вскрыть посылку, разобраться, что к чему, и послать ее мне, как и было этой самой посылке предначертано судьбой в виде гонконгских марок и криво написанного адреса. Я приложил нашу переписку с гонконгским товарищем, обвел крупно слова "11 долларов" и приписал, что эта сумма несколько меньше 10 евро, и поэтому, согласно указу от такого-то числа 1984 года, моя посылка освобождается от таможенной пошлины. Затем передал все бумажки секретарше Анне, которая, жадно сверкнув стразами на бедрах, скормила мою судьбу факсимильной машине.

День проходил за днем,  вечеринка за вечеринкой, я закончил с отличием курс португальского языка, наша библиотекарша завела нового бойфренда (в прямом смысле слова, завела в библиотеку, и --- поцеловала), в кантине повысились цены на комплексный обед, словом, жизнь на всех парах проходила мимо, а таможня хранила полное молчание.

Зная не понаслышке, что это означает, я, придав лицу целеустремленное, но несколько ничтожное выражение, решил угробить пятницу на личный визит к минотавру.

Итак, я стою в портовой, восточной части Лиссабона, под проливным дождем, среди пейзажа, индустриального до такой степени, что кажется, что именно здесь снимают все криминальные фильмы, в которых мафия привозит очередного должника в заброшенный порт, читает ему лекцию о том, как именно они его будут убивать, в конце которой угнетенный герой рвет все путы, охватывающие его, убивает всех сподручных главного злодея, потом связывает его самого и читает лекцию о том, как теперь он будет геройски убивать своего обидчика.

После нескольких итераций и общения с аборигенами на предмет местной географии я направлен в амбар, где, после пред'явления документов, мне выдана яркая метка, которую я должен нести на внешней части моей одежды, и сказано идти от той двери и до обеда.

Внутри я приветствую умудренного таможенника с седыми усами, который мне сообщает, что подарок имеет ценность не только всмысле вещественной своей сути, но и всмысле денег, потраченных на его доставку, и, таким образом, полная ценность моего подарка превышает 10 евро, и я должен простимулировать португальское государство на 10 евро и 19 центимов. Я ему отвечаю, мол, неправда Ваша, дяденька, эту пересылку я не могу понюхать, потрогать, да и отдельно ей попользоваться тоже не могу.
Однако я --- гражданин дрожащий, а он --- представитель власти.

Что ж, отдаю свои с трудом заработанные гроши кассирше, забираю имущество и ухожу восвояси. А дождь все идет и идет, и размывает слезы, текущие по моим щекам из-за несовершенства европейской модели мировоззрения.